Я думала, детям из неблагополучных семей ничем не помочь, что их судьба предопределена. А потом прошла Всеобуч

Как я работала? Мне кажется, как все. С осуждением относилась к семьям, к детям. Сейчас даже стыдно признаться, но я думала — им ничем не помочь, их судьба предопределена, гены сыграют свое.

В 2018 году я попала на программу Всеобуч от ИРСУ — и это поменяло мое отношение к семьям в трудной жизненной ситуации на 180 градусов. Группу Всеобуча, в которой я училась, вели Ольга Александровна Пчельникова и Варвара Михина. Тот тренинг произвел на меня колоссальное впечатление. Я пересмотрела свои взгляды на социальную работу — и работать стало легче, понятнее, интереснее.

Помню, например, как Варя сказала: «Опирайтесь на хорошие качества ребенка, на то, что он делает хорошо, а не что сделал плохо». Я решила попробовать. У нас в приюте был один юноша, хулиган. Я попробовала искренне говорить ему комплименты: «Ты классно рисуешь. Красиво получилось, мне нравится», — не фокусируя, например, внимание на том, что он только что курил, — и наши отношения сразу вдруг потеплели. Начав использовать принципы, о которых мы говорили на Всеобуче, я стала получать удовольствие от того, что делала. Дети начали ко мне тянуться, у них появилось ко мне доверие.

«Раньше я бы сказала — иди в детдом, там будет лучше»

Или вот другой пример, как менялось мое отношение. В приюте у нас была девочка-подросток — из семьи, где родители злоупотребляли алкоголем. Отец жестко ее наказывал. Хотя взрослые работали, пытались заниматься детьми. 

Папу девочка любила — и одновременно ужасно злилась на него. Раньше я бы ей сказала: «Да, папа плохой, иди в детский дом, там тебе будет лучше — сытнее, спокойнее…» Но после Всеобуча я стала  по-настоящему понимать, как важна для ребенка семья, и мы с коллегами решили попробовать помочь этой семье, начали работать над восстановлением отношений.

Подключили родственников, социального педагога из школы, наших специалистов. Спустя несколько месяцев отношения нормализовались, всем стало спокойнее и девочка была готова вернуться домой. 

В этом году она пришла ко мне за советом уже по поводу собственной дочки. Она сказала, что наша помощь тогда ей помогла и она вспоминает ее с благодарностью. 

«Можно иначе — с уважением»

Ольга Александровна предложила мне стать тренером Всеобуча. Постепенно я училась у коллег вести группы: в паре, на тренингах тренеров в Москве, попробовала себя в роли интервизора в Архангельской области. 

Осенью 2024 года я стала организатором группы в поселке Кез. Это особенно важно для меня —  я сама из Кезского района. Там очень нужны такие программы. Детского дома сейчас в Кезе нет, но есть приемные семьи. И неблагополучные — тоже.

Мне нравится наблюдать, как и на моей малой родине коллеги после Всеобуча меняют свое отношение к помощи детям. Недавно одна учительница сказала на группе: «Придут после каникул мои шестиклашки, я обниму их и скажу: как я по вам скучала, такие вы у меня хорошие! Не буду с порога ругать их, если не сделали домашнее задание». Это типичная для Всеобуча иллюстрация.

Коллеги тренируются лучше понимать причины поведения детей, видеть, что дети «плохо себя ведут» не из вредности, а потому что напряжены или боятся наказания, а иногда потому что пока не знают, как можно по-другому.

Из-за бессилия специалисты могут начать давить, ругать, излишне требовать. А мы на тренинге стараемся попробовать другие модели взаимодействия, мы тренируем другой взгляд на отношения вообще, на отношения с семьями в кризисе в частности. Мы пытаемся попробовать вместе, как можно в своей практике действовать иначе — на равных, с уважением. 

Отдаленные районы не избалованы обучением

Всеобуч отличается от многих образовательных программ еще и тем, что мы стараемся собирать группы из специалистов разных учреждений, но из одного района. 

Обычно в группе есть коллеги из комиссии по делам несовершеннолетних, из отдела опеки, полиции, центров соцобслуживания, детских садов, школ, НКО — все, кто работает с семьями 

и с приемными детьми. Возможность нам всем познакомиться и взаимодействовать, совместно разбирая профессиональные трудности, очень важна.

На группах часто кто-то из участников говорит: «Наконец-то я лично вижу человека, с которым много раз мы говорили о делах по телефону.  Наше взаимодействие было сухим и формальным, а теперь, когда мы общались на тренинге и учились вместе,  работать будет намного легче».

Отдаленные районы не избалованы обучением. Всеобуч — это бесценная возможность коллегам получить знания и поддержку. 

После обучения остаются групповые чаты. Участники могут там попросить подсказку, когда возникает проблема, узнать у коллег,  как поступить, куда обратиться». Для специалистов, которые живут далеко от больших городов,  особенно важно чувствовать, что они не одни, что можно обсудить затруднение, перенаправить сложный случай. Мы даем ссылки на чаты ИРСУ, например, на «Думай как супервизор».

Мне кажется,  для помогающих специалистов остро стоит проблема выгорания. Общество замечает только большие изменения: было ноль — стало сто. Но так не бывает. Мы часто с коллегами на группах  говорим: давайте замечать даже маленькие успехи.

Например, пришли вы в семью, где обычно вечная грязь. А сегодня стол чистый. Отлично — уже есть, куда положить бумаги. Для многих специалистов оказывается открытием, что можно хвалить себя за небольшие продвижения, видеть их, показывать руководству.

Однажды на группе коллега рассказывала, как работала с семьей, где стоял вопрос о лишении родительских прав. После второго блока Всеобуча коллега снова пришла на занятия и рассказывает: “Я пришла и поговорила с мамой  иначе, мягче. Через неделю прихожу — мама купила детям новый диван, старый выкинула. Да, она всё еще выпивает. Но уже сделала шаг, чтобы дети остались дома. Такого не было раньше. Это поразительно.” 

Кто-то может пройти мимо такой мелочи. Но мы знаем, что очень часто именно из таких тысяч “мелочей” и состоит преодоление трудных жизненных ситуаций. Так строится  помощь ослабленным взрослым, чтобы они могли справляться с родительством и дети оставались дома.

Мы замечаем это. Коллеги на Всеобуче замечают это. Так возникает бесценное понимание, что то, что мы делаем, имеет смысл  и ценность.

Удмуртия — довольно депрессивный регион. Всеобуч — как глоток свежего воздуха.

Мария Чернышова — психолог и тренер проекта Всеобуч в Удмуртии

Записала: Евгения Пайсон