Ребенок не откликается на имя, кричит, убегает, не говорит. Родители не понимают, что происходит и к кому идти. А когда понимают — оказываются один на один с хаосом: специалисты говорят разное, помощь найти трудно, общество смотрит косо. Как выглядит этот путь изнутри — и что может изменить жизнь семьи?

Открытая запись подкаста «Чейные дети» в ИРСУ— разговор со специалистами сектора защиты детства, который теперь можно не только слушать, но…

Есть люди, которые из детских домов забирают детей несмотря на их (детей) тяжелую инвалидность. Кто эти люди — герои или сумасшедшие? Что ими движет? Как складывается их жизнь? И почему статистический риск, что они откажутся от детей, оказывается ничтожно мал?

«Я принесла несколько документов, а мне взамен выдали целого живого человека» — так одна приемная мама описала усыновление.

Взрослые часто чувствуют себя беспомощными, когда речь заходит о наркотиках в жизни несовершеннолетних. А между тем вокруг — эпидемия подростковой наркомании.

Между жестокостью системы и жизнями детей. Социальный антрополог Александра Мартыненко, автор книги «Бездушные бюрократы: как устроена работа органов опеки».

Автор книги «Мальчик, которого растили как собаку», психиатр, специалист по детской травме и развитию мозга, в интервью ИРСУ. Видео

Детям с инвалидностью из интернатов почти невозможно найти замещающую семью. Но что если попробовать разыскать их кровных родственников?

Что такое теневой контракт с профессией? Какие задачи и этапы у супервизии в социальной работе? Почему супервизия — это привилегия?

Обычно детские дома-интернаты для детей с инвалидностью производят тяжёлое впечатление. Возможно, вы бывали в таких местах: решётки на окнах, молчаливые коридоры, максимальный контроль и жизнь по СанПиНам. Всё аккуратно и с котом Леопольдом на стенах, но крайне печально и как-то не по себе.

Куда идёт молодежь вечером в свободное время? В торговый центр, в кино, к друзьям. А могут ли подростки и молодые взрослые вечером с радостью идти на уроки? На математику, историю, английский? А если это ребята после коррекционной школы, детского дома или сложного детства?

Чтобы помогать детям, недостаточно денег и хорошо написанных программ, недостаточно милосердия и управленческих способностей. Чтобы помогать детям, прежде всего нужен человек с характером.

Гости 12 выпуска подкаста «Чейные дети» — Алексей Кузьмин и Владимир Балакирев  специалисты по оценке программ и проектов социальной направленности из компании «Процесс Консалтинг».

Как через игру восстановить контакт, доверие и близость между родителями и детьми? 

В 11 выпуске подкаста «Чейные дети» обсуждаем Тераплэй — метод с доказанной эффективностью, который помогает укреплять привязанность и справляться с трудностями в отношениях. Он основан на четырех ключевых элементах здоровых отношений — структуре, вовлечении, заботе и вызове.

Куда попадают дети, которых нашли на улице? Куда может уйти ребёнок, которому надоело пьянство родителей? Где дети, оказавшиеся в опасности, ждут изменения ситуации? Временное убежище ребёнку предоставляет социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних – то, что раньше называлось «приют».

Как наладить детско-родительские отношения и укрепить привязанность? Чего боятся приёмные дети и их родители? И как помочь им испытывать радость от времени вместе?

Тестирование, определение мотивации и лекции — не главное!

От Миры вскоре после рождения отказались родители — мама и папа. А ещё две бабушки и два дедушки. Мира несколько месяцев жила в больнице.

Знали ли вы, что в России было лонгитюдное исследование детей-сирот-отказников: двое ученых наблюдали одних и тех же детей, воспитывавшихся в учреждении, в возрасте от 0 до 9 лет? 

Наставники для детей-сирот: реальность такова, что не все дети могут попасть в семьи

Юлия Чинарева изучает тайну усыновления. Для диссертационного исследования она опросила 75 взрослых усыновленных. 

Детская психодрама  — практически единственный метод групповой психотерапии для маленьких детей, он основывается на совместной ролевой игре. В гостях Лариса Могунова и Наталья Горовец

🎙 В этом эпизоде подкаста мы беседуем с Екатериной Суховольской — врачом-психотерапевтом и психиатром с 14-летним стажем и мамой четырёх дочерей. Екатерина рассказывает о том, как она пришла в профессию, о тонкостях работы с родителями необычных детей, о психиатрической помощи для детей с опытом или риском сиротства.

«Чейные дети» — подкаст ИРСУ для специалистов, которые помогают детям с опытом или риском сиротства. Интервью с экспертами сектора о том, что происходит в сфере семейного устройства сегодня.

Марина Иванова, тренер Школы приемных родителей и редактор сайта ИРСУ в подкасте “В случае необходимости”

Вопрос о предварительном тестировании кандидатов в приемные родители поднимается уже много-много лет. Это очень понятно: государство пытается «на входе», еще…

Почему в школе приемных родителей не работает  просто информирование в академическом формате? Как и почему именно так устроена ШПР в ИРСУ? Кто обычно приходит в ШПР?