Массовые вторичные отказы от детей-сирот — новая боль руководителей и чиновников на местах

Они рассказали о разработанных методичках, реализованных проектах, впечатляющих историях. Показали отремонтированные помещения, сенсорные комнаты, реабилитационное оборудование, красивые фотографии волонтерских акций. Главный посыл был: «У нас всё хорошо».

Однако когда нам удалось завоевать доверие и стало понятно, что мы не ревизоры, а равные коллеги, разговор изменился. Коллеги расслабились, и один из руководителей, понизив голос, вздохнув, сказал: «В целом у нас всё хорошо. Но почему-то возвратов много».

Возвратов — то есть вторичных отказов, когда приемные дети возвращаются в сиротские учреждения.

Пожалуй, именно дискомфорт от фразы «много возвратов» стал общим знаменателем семейного устройства в наши дни. Он эмоционально касается всех: детей, родителей, специалистов, управленцев и общества. Мы слышим это всё чаще в разных регионах.

***

Когда ребенок второй раз теряет семью, становится слишком очевидно: невозможно написать волшебную методичку, чтобы он остался с родителями, если у них больше нет сил. Эту беду нельзя «залить» деньгами или часами в сенсорной комнате. Нельзя приказом заставить человека быть родителем или постановлением назначить на его место другого.

И руководители искренне спрашивают: «А делать-то что?»

***

Если проблему и правда нужно решать, то, конечно, необходимы нормальные зарплаты в секторе, уважительное отношение, больше людей, меньше бессмысленной отчетности, понятные правила и долгосрочная системная работа по сопровождению и поддержке. Но если всего этого пока нет и на ситуацию невозможно быстро повлиять, то в предложенных обстоятельствах для неравнодушного руководителя, пожалуй, лучший посильный шаг — вкладываться в своих специалистов.

Когда специалисты не подготовлены, запуганы, перегружены, растерзаны отчетами или выгорели, то хоть ты тресни, они будут формальны, некомпетентны или беспомощны. И тогда не помогут ни волонтерские акции, ни отремонтированные помещения, ни методические конференции.

А если и есть решение в таких сложных ситуациях, как риск отказов от детей, оно прежде всего в человечности и вовлеченности конкретных живых, неравнодушных, подготовленных людей, которые находятся рядом с конкретной семьей.

Как вкладываться в специалистов? Мы точно знаем, что помогает, например, качественное обучение — такое, где есть понятная и работающая теория, вдохновляющие ролевые модели и реальные инструменты. Не для галочки перед московскими ревизорами, а для настоящей работы.

Поэтому на вопрос «А делать-то что?» — с важной оговоркой о существующих ограничениях — мы отвечаем: начните с обучения ваших сотрудников в ИРСУ. Мы познакомимся, построим профессиональные отношения и будем работать с той точки, в которой специалисты находятся сейчас, — с их реальными задачами и трудностями.

Мы делимся опытом и знаниями:

• как создать хорошую Школу приемных родителей;
• как работать с приемными семьями в кризисе;
• как говорить с родителями и детьми на сложные темы;
• как укреплять привязанность и помогать взрослым оставаться родителями, если угрозы, манипуляции и крик не работают.

ИРСУ не дает гарантий, что вторичных отказов не будет. Таких гарантий не дает никто. Но обучение в ИРСУ повышает вероятность успеха во многих ситуациях. Когда специалисты становятся увереннее и профессиональнее, многим семьям удается помочь.

Если вы руководитель учреждения или территории и вас беспокоит большое количество вторичных отказов, обратите внимание: в ИРСУ открыт набор на программы повышения квалификации весеннего семестра. Мы готовы стать вашими внимательными профессиональными собеседниками. Приходите сами и приглашайте коллег учиться.

Многим можно помочь. Не оставайтесь без поддержки.

Текст: Марина Иванова