Привязанность: роль взрослого в жизни ребенка Очно

Как стратегии привязанности влияют на отношения во взрослом возрасте? Что говорит об этом наука, если перевести на язык не-специалистов? Онлайн-лекция психолога Карины Карамян в ИРСУ. 23 августа 17:00 (мск).

Впервые о программе Всеобуч я услышала в 2018 году. Тогда я работала начальником отдела опеки в одном из районов Ижевска. Честно признаться, никто толком не понимал, что это за обучение и зачем оно нам. Но имя Людмилы Петрановской было как пароль, как ключ, открывающий дверь в мир, где дети перестают быть чужими, ненужными.

Как помочь ребенку, который пережил потерю, сиротский опыт или тяжелое расставание с близкими? Что происходит на занятиях детской психодрамы? И почему иногда проходят годы прежде чем ребенок сможет обнять своих приемных родителей?

Об этом рассказывает Екатерина Панфилова — детский психолог ИРСУ, детский психодраматист, приемная мама и наша удивительная коллега, которая много лет помогает замещающим семьям.

Джон Боулби (1907 — 1990) — британский психоаналитик и психиатр, чьи исследования перевернули представление о развитии детской психики и потребностях маленького ребенка.
Главное его достижение — теория привязанности, которая наглядно объясняет, насколько когнитивные, эмоциональные и социальные навыки зависят от количества тепла и заботы, которые ребенок получает в первые годы жизни. Как и многие передовые открытия, идеи Боулби шли вразрез с общепринятыми концепциями ХХ века и сперва вызвали протест научного сообщества. На исследованиях Боулби основана современная реабилитация детей с расстройствами поведения, а его книги до сих пор вдохновляют специалистов из сферы защиты детей.

В последнее время я всё чаще слышу от мам маленьких детей: «Давайте встречаться. Давайте чаще общаться. Давайте поддерживать друг друга». Люди устали от онлайна, от фрагментации, от изоляции, от тревоги вокруг. Всё чаще облекается в слова потребность в общении, в безопасной «стае», в регулярных встречах.

Мы приехали в далекий регион России, и нас привычно приняли прежде всего как «людей из Москвы». При первом знакомстве коллеги — руководители и представители власти — старались с лучшей стороны показать обстановку в секторе защиты детства на их территории.

Связь между гражданином и сотрудником опеки недобровольна с обеих сторон. Мы много знаем про эти отношения со стороны граждан, но голоса сотрудников опеки практически не слышны.
Александра Мартыненко три года методом включённого наблюдения изучала повседневный труд сотрудников городского отдела опеки. Она устроилась на работу специалистом и изнутри увидела, как на самом деле функционирует эта система. Результатом стала книга «Бездушные бюрократы. Как устроена работа органов опеки» — удивительный и редкий своим ракурсом текст.

Выпускники нашего базового курса для психологов «Основы семейного устройства» в конце программы пишут итоговые эссе «Моя роль и место в работе по сопровождению замещающих семей». Раньше эти эссе читала только преподаватель курса Анна Маричева. Потом их стали читать еще и другие выпускники, а выборочно и коллеги из ИРСУ. В этом году, мы хотим, чтобы вы тоже их прочитали. Вот о чем думают психологи сектора защиты детства на разных этапах профессионального развития:

В начале 60-х молодой хирург по имени Мишель Оден, привлеченный к проведению кесарева сечения, заинтересовался физиологией родов. В родильном отделении их больницы работали две акушерки, одна опытная, вторая молодая. Он наблюдал за их работой, и его поразило, насколько изменилось отношение к родам всего за одно поколение.

Укрепление привязанности с приемными детьми. То, что нарушено в отношениях, лечится в отношениях.

Программа «Привязанность: роль взрослого в жизни ребенка» по теории привязанности – это короткий двухдневный тренинг для специалистов, которые работают с детьми. Это социальные работники,  учителя, психологи, врачи, воспитатели детских учреждений, профессиональные приемные родители. В общем, все те, кто соприкасаются в своей работе с проблемным детством.

Механизм сознания, столкнувшись с противоречивой информацией, начинает свою работу с того, что пытается исказить эту информацию…

Как наладить детско-родительские отношения и укрепить привязанность? Чего боятся приёмные дети и их родители? И как помочь им испытывать радость от времени вместе?

«У меня дома как будто поселился гопник», — говорят иногда приемные родители. И добавляют: «Мы так не разговариваем, так себя не ведем, у нас никто в семье не такой». Это не только о манерах или словечках. Это про ощущение в целом, что ребенок словно из другой реальности. Я ловила себя на похожих ощущениях со своими приемными детьми.